Смерть на Кикладах. Сборник детективов №4 - Сергей Изуграфов

ему за плохое поведение. Яннис брезгливо — он терпеть не мог запаха лекарств — и равнодушно выслушивал ее поучения и старался поскорее покинуть этот душный склеп, где царили болезнь, тоска и безысходность, и умчаться во двор, к солнцу и сверстникам.

Отец будущего коммерсанта на тот момент только-только закончил юридический факультет Афинского университета и был мелким служащим в адвокатской конторе. Дома он появлялся поздно, когда служанка уже укладывала детей спать, а уходил из дома засветло, когда они все еще спали. В доме царила бабушка, мать отца. Она же поддерживала в семье культ Карипидиса-старшего.

После смерти матери воспитанием детей на какое-то время, совсем непродолжительное, занялись тетки — младшие сестры отца. Это даже было не назвать воспитанием, скорее, они просто следили, чтобы дети были сыты, одеты и под присмотром кого-то из взрослых.

Когда дети подросли, а тетки повыходили замуж, и у них появились собственные чада, Янниса с братьями и вовсе отправили в частную школу-интернат в пригороде Афин. Распорядок дня был составлен так, что у ребенка не оставалось даже минуты лишней на шалости и игры, а режим больше напоминал тюремный. Теперь отца они видели в лучшем случае от силы два-три раза в месяц.

Отец Янниса — Константинос Карипидис — был одержим мечтой всеобщего счастья. Ему, идеалисту-романтику на первых порах, претила мысль о том, чтобы провести всю жизнь, как его собственный отец, зарабатывая деньги исключительно для себя и своей семьи.

Константинос, стремясь вырваться из оков домашней тирании, с негодованием отверг предложение своего отца возглавить отделение семейной фирмы и ушел в юриспруденцию, мечтая стать социальным адвокатом для бедных. Он посвящал этому все свое время и силы, брался за любые дела и не требовал оплаты. При этом, попутно, не раздумывая, он переложил на плечи своих родственников не только воспитание, но и все материальные заботы о собственных детях. Здесь он не видел никакого противоречия, считая, что ради благого дела он готов страдать и приносить жертвы, ведь цель, что он избрал себе, была исключительно благородной…

Изредка навещая детей в интернате во время учебного года, он привозил от родственников конфеты и подарки, заботливо упакованные бабушкой в цветную бумагу, а от себя лично — пространные рассказы о том, как важно заботиться о других, помогать бедным, больным и сиротам.

Уже подросший, Яннис-младший едва сдерживался, чтобы не крикнуть ему в лицо, что ненавидит всех этих «бедных сирот», которые отнимают отца у него, братьев и сестрички. Впрочем, отец бы вряд ли его понял, поскольку, как любой идеалист, мыслил глобальными категориями. Абстрактный гуманизм был ему куда ближе и понятнее, чем практическое воспитание собственных отпрысков, в присутствии которых он терялся и чувствовал себя неловко.

Во время путча черных полковников, в середине семидесятых, отца внезапно арестовали по подозрению в принадлежности к подпольному коммунистическому движению. Обвинение было нелепым. Арест, как громом, поразил семью. Старший Карипидис делал все, чтобы вызволить сына из тюрьмы. Он использовал все свои связи в деловых и политических кругах, раздал огромное количество взяток и в итоге добился того, что им с женой было предоставлено право регулярных свиданий с сыном. Они ходили в тюрьму дважды в неделю, приносили продуктовые передачи, лекарства, чистое белье и табак. Иногда бабушка брала с собой внука — Янниса-младшего.

Яннис на всю жизнь запомнил холод вытянутого коридора с облезлыми стенами, разделенного фанерными щитами вдоль на две половины. В фанеру были врезаны толстые куски оргстекла. За этими стеклами находились заключенные: уставшие, с худыми зеленоватыми лицами люди, запуганные и подавленные. Разговаривать приходилось по переговорному устройству — черным эбонитовым трубкам, скользким и тяжелым для слабых детских рук.

Дважды или трижды он попытался — не без помощи Карипидиса-старшего — поговорить с отцом, но тот был апатичен и погружен в себя, отвечал односложно, ни о чем не спрашивал. А в последний раз просто вдруг поднялся и, не говоря ни слова, ушел и не вернулся. После того разговора, обиженный до глубины души, Яннис больше не ходил в тюрьму к отцу, как бабушка его ни уговаривала. Если она начинала настаивать, мальчик убегал и прятался в саду или на чердаке.

Поскольку арест отца пришелся на тот период, когда хунта уже агонизировала, и в ней самой шла отчаянная борьба за власть, все закончилось тем, что в один прекрасный день его попросту выпустили, так и не предъявив никаких официальных обвинений. Но сам факт ареста и три месяца в сырых тюремных подвалах так потрясли впечатлительную натуру Константиноса Карипидиса, что, выйдя из тюрьмы, он совершенно замкнулся в себе, забросил адвокатскую деятельность, разочаровавшись в ней: никто из его бывших подзащитных ни разу не вспомнил о своем «социальном адвокате» и не навестил его в заключении. Оставшуюся жизнь он, расставшись с былыми идеалами, проведет в деревне, уехав из Афин в Аттику, в одну из фамильных усадеб.

После того, как Яннис закончил Университет с отличием по специальности «коммерческое дело», дед сделал ему предложение. Годы хунты сильно подорвали финансовую стабильность коммерческих операций торгового дома Карипидисов, но все еще можно было поправить, просто нужна была свежая кровь и энергия нового поколения. Яннис согласился, не раздумывая, и вошел в семейный бизнес, возглавив сначала один из дальних филиалов, а потом — и штаб-квартиру в Афинах.

К этому моменту он уже успел укрепиться во мнении, что окружавшие его люди, в большинстве своем, или глупцы, или пройдохи. Друзей у него не было ввиду его раздражительного, несдержанного характера и привычки говорить в глаза собеседнику свое мнение о нем, нисколько не сообразуясь ни с ситуацией, ни с приличиями.

Личная жизнь тоже не сложилась. После двухлетних отношений с бывшей сокурсницей, которые не принесли им обоим в итоге ничего, кроме горечи и разочарований, Яннис оставил всякие попытки связать себя с кем-либо семейными узами.

К слову сказать, помимо раздражительности по пустякам, гневливости и несдержанности, в его характере сформировались и такие качества как упорство, настойчивость в достижении цели, жесткая коммерческая хватка и отсутствие всяческих сантиментов. Больше всего на свете он ненавидел и презирал благотворительность в любых формах и проявлениях. Больше всего ценил деньги и те возможности, что они дают человеку с фантазией, каким он себя считал.

Дела торгового дома Карипидисов вскоре пошли в гору. Но там, где рекой льются большие деньги, рано или поздно появляется криминал. Первые связи с криминальными кругами перешли к Яннису-младшему еще от Янниса-старшего. Талантливый преемник развил и укрепил эти связи. Мафия в лице одного синдиката давала ему деньги, он вкладывал их в свои операции, «отмывал» и возвращал, зарабатывая на этом свою